Понедельник, 17 Август 2020 15:39

Художники осажденного города

Оцените материал
(0 голосов)
Военная блокада Ленинграда продлилась почти 900 дней и ночей. Несмотря на масштабную эвакуацию, многие ленинградцы остались в родном городе. Рассказываем о художниках, которые продолжили работать в тяжелейших условиях.
Анна Остроумова-Лебедева
 
 
 
 

Петербург, а потом Петроград и Ленинград всегда были главными героями графических пейзажей Анны Остроумовой-Лебедевой. Не стал исключением и период блокады. Семидесятилетняя художница не покинула город и продолжила работать, обустроив себе кабинет в ванной комнате: там было тише и безопаснее.

Писала часто в ванной комнате. Положу на умывальник чертежную доску, на нее поставлю чернильницу. Впереди на полочке — коптилка. Здесь глуше звучат удары, не так слышен свист летящих снарядов, легче собрать разбегающиеся мысли и направить их по должному пути. <…> Я хочу остаться. Твердо хочу остаться на все страшное впереди. Голова кружится от утомления и слабости, но я скрываю свое состояние и усердно пишу, внутренне терзая себя за плохое качество работы.
Анна Остроумова-Лебедева, «Автобиографические записки»
В военные годы Остроумова-Лебедева создала ряд гравюр с изображением блокадного Ленинграда, издала почтовые открытки со своими пейзажами, оформила пригласительные билеты на премьеру Ленинградской симфонии Дмитрия Шостаковича. Кроме того, художница вела дневник, который после войны был издан под названием «Автобиографические записки».
 
Иван Билибин
 
 

Известный своими книжными иллюстрациями и театральными работами, Иван Билибин сумел добиться признания и в России, и за рубежом. Художник пробыл в эмиграции 16 лет, однако в 1936 году решил вернуться в любимый Ленинград. Там он продолжал рисовать, преподавать и работать в театре. С началом блокады он не покинул город, хотя уехать ему предлагали неоднократно. Билибин так ответил наркому просвещения Владимиру Потемкину: «Из осажденной крепости не убегают. Ее защищают».

Среди последних работ Билибина — иллюстрации к былине «Дюк Степанович». Хотя художник сильно болел и был физически истощен, он трудился над ними до последнего дня: «Работа продолжается… Книга должна выйти, когда наступит победоносный мир. Книга о нашем эпическом и героическом прошлом…» Иван Билибин работал в осажденном Ленинграде до самой смерти — он умер 7 февраля 1942 года.
 
Павел Филонов
 
 

Один из лидеров русского авангарда Павел Филонов встретил начало войны в Ленинграде. Правда, запечатлеть военные события он не успел — Павел Филонов умер от истощения 3 декабря 1941 года. Сестра художника так вспоминала о смерти брата: «…он лежал в куртке, теплой шапке, на левой руке была белая шерстяная варежка, на правой варежки не было, она была зажата в кулак. Он был как будто без сознания, глаза полузакрыты, ни на что не реагировал. Лицо его, до неузнаваемости изменившееся, было спокойно. <…> Рука большого мастера, не знавшая при жизни покоя, теперь успокоилась». Все работы художника остались у его семьи — долгое время они не могли эвакуироваться, боясь, что картины пропадут. Только когда полотна и архив художника оказались в музее, родственники Филонова покинули блокадный город.

Алексей Пахомов

 

До войны ученик Николая Тырсы Алексей Пахомов преимущественно работал в книжной графике. Во время блокады художник остался в городе, где в 1942–1944 годах создал серию литографий «Ленинград в дни блокады». В цикл вошло более 30 работ, среди которых — «За водой», «В очаге поражения», «На Марсовом поле в затишье». Вот как вспоминал художник работу над серией: «…я делал очень мало набросков с натуры. Больше наблюдал и запоминал. Вначале не было разрешения на зарисовки, а когда разрешение было получено, отважиться рисовать было не так-то просто. Население с таким недоверием и злобой набрасывалось на рисующего, видя в нем диверсанта и шпиона, что рисование превращалось в непрерывное объяснение. Подходил какой-нибудь военный и успокаивал недоверчивых, что-де удостоверение на зарисовки настоящее, а не поддельное. Но военный и успокоенные уходили, появлялись новые прохожие, и снова надо было объясняться и отбиваться. Но главная причина, конечно, была не в этих трудностях. Просто события были столь значительные, что, мне казалось, и отражены они должны быть не в легких набросках, а в форме наиболее монументальной (в пределах графического искусства): в проработанном эстампе большого формата...»

Источник Культура.РФ: https://www.culture.ru/materials/253609/khudozhniki-osazhdennogo-goroda 

Прочитано 778 раз
 
SUB 3 2
Скопировать